Маленький мифо-заклад - Страница 7


К оглавлению

7

— Ну, кажется, для Бола он делает исключение.

— Бола?

— Это мой папочка, — объявила Клади, снова вылезая у меня из-за спины. — Сокращение от Болван. Он часто проигрывает… вот потому-то все так и рады всегда позволить ему вступить в игру.

— Милая малышка, — сухо заметил Ааз. — Это также объясняет, почему ты сегодня так хорошо сыграл. Один сумасброд способен изменить ход всей игры. И все же, когда Живоглот принимает-таки заклады, он обычно выплачивает выигравшим наличные и занимается взысканием денег сам.

— Он готов был сделать это.

— Тогда почему же…

—… и если бы отец Клади не появился через две недели, он собирался забрать ее в другое измерение и сам продать ее в рабство для получение денег.

Маша тихо присвистнула со своего кресла.

— Милый парень этот Живоглот.

— Он — девол, — рассеянно отмахнулся Ааз, словно это заявление все объясняло. — Ладно, ладно. Я могу понять, что ты почувствовал себя обязанным принять опеку над малышкой, вместо того чтобы оставлять ее у Живоглота. Только ответь мне на один вопрос.

— Какой именно?

— Что НАМ с ней делать, если не появится ее отец?

Иногда мне больше нравится, когда Ааз бушует, чем когда он думает.

— Э-э-э-э… я еще думаю над этим.

— Восхитительно. Когда найдешь ответ, дай мне знать. Думается, я побуду у себя в комнате, пока вся эта пыль не уляжется.

И с этими словами, он широким шагом вышел из помещения, предоставив разбираться с Клади Маше и мне.

— Выше нос, Оторва, — подбодрила меня моя ученица. — Дети вовсе не такая уж большая проблема. Эй, Клади. Хочешь шоколадку?

— Нет, спасибо. От этого я могу стать такой же толстой и некрасивой, как и ты.

Я поморщился. Вплоть до этой минуты Маша была моей союзницей в вопросе о Клади, но эта реплика могла все изменить. Она очень чувствительна, когда речь идет о ее весе, и поэтому большинство из нас склонны избегать всякого упоминания о нем. Фактически, я настолько привык к ее внешности, что склонен забывать, как она выглядит для всякого, кто ее не знает.

— Клади! — строго сказал я. — Не очень-то вежливо так говорить.

— Но это же правда! — возразила она, обращая на меня свои невинные глазки.

— Вот потому-то это и невежливо, — рассмеялась Маша, хоть, как я заметил, улыбка у нее была немного натянутой. — Пошли, Клади. Давай-ка нападем на кладовую и попробуем найти тебе что-нибудь малокалорийное.

И удалились, оставив меня наедине с моими мыслями. Ааз поднял хороший вопрос. Что же нам все-таки делать, если не вернется отец Клади? Я никогда раньше не бывал окружен детьми. Я знал, что ее пребывание в доме вызовет затруднения, но сколько именно затруднений? Учитывая все прочее, с чем мы справились на пару с Аазом, мы наверняка сможем справиться и с девочкой. Конечно, Ааз был…

— Вот и вы, Босс! Хорошо. Я надеялся, что вы еще не легли.

Я очистил голову от посторонних мыслей и обнаружил входящего в прихожую телохранителя.

— О. Привет, Гвидо. Как прошел доклад?

— Лучше не бывает. Фактически, дон Брюс был так доволен, что прислал вам небольшой подарок.

Несмотря на свои тревоги, я не мог не улыбнуться. Наконец-то ХОТЬ ЧТО-ТО шло как надо.

— Отлично, — порадовался я. — Мне сейчас как раз не помешает немного приободриться.

— Тогда у меня именно то что надо. Эй, Нунцио! Давай ее сюда!

Улыбка моя застыла. Я отчаянно попытался не паниковать. В конце концов, рассуждал я, люди употребляли местоимение «ее», говоря о множестве вещей. Например, о лодках, или даже…

— Босс, это Банни. Дон Брюс присылает ее наряду с поздравлениями по случаю хорошо выполненной работы. Она будет вашей шмарой.

Препровождаемая ими в прихожую девушка ни в малейшей степени не походила на лодку.

ГЛАВА 4

Куколка, она и есть куколка.

Ф. Синатра

Банни оказалась невысокой, но грудастой рыжей девицей с прической «я у мамы дурочка» и пустым взглядом, какому позавидовал бы зомби. Она усиленно что-то жевала и вертела головой, пытаясь охватить взглядом сразу все помещение.

— Здорово. Отличная у вас здесь хата, парни. Намного симпатичней, чем последняя хата, где я была, понимаете?

— Это всего лишь прихожая, — с гордостью похвастал Нунцио. — Погоди, вот увидишь все остальное. Эта хата побольше любой, где я работал, понимаешь, что я имею в виду?

— Да что с вами случилось? — рявкнул Гвидо. — Где ваши манеры? В первую очередь — первоочередное. Банни, это Босс. Тебе с ним жить, так как ты будешь работать под его началом.

Банни подошла ко мне, протягивая руку. Судя по тому, как двигалось под облегающим платьем ее тело, не возникало почти никаких сомнений по поводу того, что именно она носила под ним… или, скорее, не носила…

— Рада познакомиться, Босс. Взаимно? — весело сказала она.

На сей раз я точно знал чего ответить.

— Нет.

Она остановилась, а затем, нахмурясь, обернулась к Гвидо.

— Он имеет в виду, не называй его Боссом, пока не узнаешь его, — заверил ее телохранитель. — Здесь он известен просто как Скив.

— Усекла, — подмигнула она. — О'кей, СКИВ… знаешь, ты большой душка.

— Нет, — повторил я.

— О'кей. Значит, не душка. Как скажешь. Ты — Босс.

— НЕТ!

— Но…

Я проигнорировал ее и повернулся прямо к Гвидо.

— Вы что, рехнулись? Что это вы вытворяете, так вот привозя ее сюда?

— Как я сказал, Босс, она — подарок от дона Брюса.

— Гвидо, многие дарят друг другу подарки. Такие как галстуки и книги… не девушки!

Мой телохранитель беспомощно пожал плечами.

— Ну, так значит, дон Брюс не такой, как многие. Именно он-то в первую очередь и приставил нас к вам, и по его словам человеку с вашим положением в Синдикате обязательно требуется шмара.

7